Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Во Франции произошел очередной ужасный теракт, жертвами которого стали десятки людей.

Как же избежать повторения подобных трагический событий в будущем и каким образом следует отвечать на такие атаки боевиков?

Своими мыслями по этому поводу делится Дэвид Вонг в статье «6 Ways to Keep Terrorists From Ruining the World», которую «Мертві бджоли» перевели специально для наших читателей.

151115_55

Она была написана американским писателем и исполнительным редактором сайта Cracked.com, настоящее имя которого Джейсон Паргин, в январе 2015 года, по следам расстрела исламскими террористами редакции французского сатирического еженедельника «Шарли Эбдо».

У меня есть вопрос, в основном к тем из вас, кто достаточно немолод, чтобы отчетливо помнить атаки 9/11. Допустим, морские котики нашли и расстреляли бы Бен Ладена буквально через пару дней — допустим, 13-го. Отправились бы мы, тем не менее, на войну?

Мы возвращаемся к этому, потому что это очень важно.

Очевидно, что сейчас наши умы полностью поглощены ужасающим нападением в Париже, где исламские боевики расстреляли офис, полный сатириков, рисовавших иллюстрации, которые издевались над их религией (если вы читаете это в будущем, просто вставьте любое массовое убийство, произошедшее недавно — это будет относиться и к нему).

Существует некоторое количество страшных рефлекторных способов, которыми мы реагируем на эти ужасы, когда они происходят, поэтому я сделал удобный путеводитель, который вы каждый раз можете использовать. Просто распечатайте его и прикрепите к стене, чтобы помнить.

Поэтому, еще перед первым появлением на сцене, я хочу попросить …

6. Не обращайте внимания на табло

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Позвольте мне процитировать этого классического философа, известного как Постер для фильма «Жажда смерти 2»: «Во-первых, его жена. Теперь его дочь. Пора сравнять счет!».

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Ну а после теракта первым шагом будет полностью забыть о «счете».

Даже тем из нас, у которых нет в умах этого невидимого табло Чарльза Бронсона, отслеживающего, сколько раз мы были пьяны в сравнении с тем, сколько раз мы завязывали. Влезаете в неприятный спор с кем-то и уже табло определяет повестку дня — если девушка Стива поднимает вопрос о том, как он напился и дерьме на верхней части унитаза, он в ответ теперь должен поднять вопрос о том, как она эгоистично получила опухоль и принесла кучу медицинских счетов. БУМ! Твой мяч, сука!

В действительности, табло является вашим оппонентом.

Всякий раз, когда какой-нибудь печально известный насильник пойман, ровно в 100% разговоров или комментариев в Интернет говорится: «Я надеюсь, что его изнасилуют в тюрьме!».

Потому что это называется «сравнять счет». Но даже 5-секундное рассмотрение демонстрирует насколько чудовищна эта идея: «Изнасилование является классным до тех пор, пока она применено к людям, которые этого заслуживают». Нет, жестокая реальность в том, что, если этого парня изнасилуют, счет не станет: Насильник 1, Общество 1.

Он будет: Изнасилование 2, Общество 0.

Ведь мы увеличили общую сумму изнасилований в мире и усилили их как вещь, которая может/должна произойти, сделав тем самым подобное гораздо более распространенным явлением. Теперь подумайте о споре между парой ранее — с каждым новым оскорблением другая сторона «выигрывает» или «проигрывает»? Нет — проигрывают только сами отношения. Стив считает, что Табло Оскорблений показывает Стив 22, Тильда 16, но на самом деле реальным счетом будет Обида 38, Отношения 0.

Это табло, оказывается, есть не что иное, как проявление самой примитивной, жестокой, рептилоидной части вашего мозга. Видеть кого-то неправильного, а затем позволить ему ускользнуть — допустив тем самым, что «выигрыш» будет за ним — это почти физически больно. Так что да, если 6-й отряд Спецназа ВМС США взорвал бы череп Бен Ладена 13 сентября 2001 года, мы бы безусловно отправились на войну. Ведь мы бы все равно имели 3 тысячи смертей на табло. Мы ни в коем случае не хотели бы отпустить это.

Так что в следующий раз, когда вы включите новости и увидите, как террористы взорвали 10 детей заминированным автомобилем, первым шагом является понять, что табло лжет. Оно скажет вам, что победить в игре можно сбрасывая бомбы, которые, как вы прекрасно знаете, убьют в десять раз больше детей в качестве сопутствующего ущерба. Счет — реальный счет — тогда будет:

Насилие в отношении детей 110, человечество 0.

Сейчас то место в статье, где я попытаюсь угадать, что вы говорите в ответ на все это и я уверен, что это что-то вроде: «О, так мы должны просто позволить, чтобы другой стороне это сошло с рук? Мы должны стоять за свободу и добро, иначе зло победит! Это война!».

На самом деле, я согласен! Но …

5. Убедитесь, что вы находитесь в правильной команде

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Проклятье, этот заголовок звучит так, как будто я собирался предложить, что мы все должны рассмотреть вопрос о присоединении к ISIS. Не делайте этого! Если кто-то уже уехал, чтобы присоединиться к ISIS в промежутке между чтением заголовка и этой фразы, я прошу прощения.

Для остальных из вас, спросите себя: когда куча террористов взрывает школу или расстреливает офис, полный карикатуристов, вы думаете это потому, что они не знают, что у нас есть оружие, бомбы и беспилотные летательные аппараты? Вы думаете, что они делают то, что они делают, потому что считают, что мы «слишком слабы, чтобы нанести ответный удар» и что таким образом нужно «показать им, как мы сильны?».

Полное дерьмо, чувак, эти люди умеют читать проклятые новости. Они точно знают, что мы собираемся сделать: мы собираемся слишком остро реагировать. Мы делаем это каждый раз. Вот почему они это делают. Так что остановитесь, сделайте шаг назад и поймите что-то, что большинство жителей Америки не понимает:

Они делают то, что они делают, потому что они знают, что мы слишком слабы, чтобы противиться ответному удару.

Наш автоматический бомбосбрасывательный рефлекс является нашей слабостью. Они пытаются использовать его, потому что взрывы возмездия вербуют новых террористов на их сторону. И, пожалуйста, обратите внимание, что когда я говорю о своей «стороне», я не говорю об исламе или даже исламском терроризме. Их «сторона» — это то, что я собираюсь в дальнейшем называть команда «Насилие». Хулиган дерется не потому, что хочет выиграть, он дерется потому, что хочет жить в мире, в котором все решается путем драки (обратите внимание: хулиган сам не понимает этого). Не имеет значения, если он проигрывает — в момент, когда вы решили драться, его сторона уже выиграла и мир становится более похожим на мир, в котором он хочет жить.

Здесь то же самое — террористы не на стороне ислама. Они на стороне бомб.

То, что я обнаружил, и то, в чем большинство из вас не согласится со мной — не имеет значения под каким знаменем они сражаются — если радикальный ислам завтра исчезнет, команда «Насилие» появится снова, просто под другим именем. Может в этот раз они не будут основываться на Коране; может быть они будут делать это под знаменем евгеники или расовой чистоты или защиты окружающей среды или любителей «My Little Pony».

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Да, после нападения мы постоянно слышим о том, что это столкновение цивилизаций, культурная война между примитивными, жестокими религиозными фундаменталистами и более светским западным обществом. Но в тот момент, когда вы повелись на эту идею, вы уже стали на их сторону. Это сторона трайбализма — примитивного инстинкта, который говорит, что ваша «группа» должна выиграть любой ценой и меня, честно говоря, не волнует, как вы определяете свою группу (раса, религия, страна, образ жизни) в конечном счете, потому что я думаю, что есть только две стороны:

A. Те, кто думают, что их племя должно доминировать на Земле;
B. Те, кто думают, что племена могут сосуществовать.

Черт, просто посмотрите на то, как это произошло в последний раз: группа напала на нас. Мы все согласились, что мы должны были остановить их, потому что они нетерпимы к другим культурам, не уважают права человека и проповедуют насилие.

Нам же сказали, что мы можем победить их только становясь все более нетерпимыми к другим культурам («строительство мечети рядом с местом терактов 11 сентября подобно размещению нацистского знака рядом с музеем Холокоста»), больше не уважая права человека («право на конфиденциальность для неамериканских граждан есть радикальным и опасным, даже для союзников») и становясь все более жестокими («есть больше миллиарда мусульман на данный момент. Если 1% из них убежденные фанатичные воины джихада, то их количество находится в диапазоне от десяти до двенадцати миллионов. Это означает, что мы должны убить большую часть этих от 10 до 12 миллионов»).

Другими словами, «Мы не можем победить их, если мы не станем более похожими на них». Это как врач говорит вам, что он собирается избавиться от опухоли путем выращивания большей и злейшей опухоли рядом. Даже если это работает, выигрывает команда «Рак» и вы просто попались на жульничество, которое ставило подножки человечеству 200 тысяч лет или около того.

Чтобы избежать этого …

4. Не расцарапывайте зудящее место

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Вскоре после нападения, на каждом экране в вашем доме появляются комментаторы, объясняя в ехидных, саркастических тонах, насколько смелым выбором является ненавидеть мусульман — подобно им, одиноким смелым голосам в мире, боящемся следовать такому спорному мнению.

Реальность — которую вы знали с тех пор, как были слишком молоды, чтобы гадить за пределами ваших трусов — это то, что вашим самым автоматическим и бездумным рефлексом всегда есть давать сдачи и что взросление означает сопротивляться этому. Когда вы были разочарованы игрушкой, вы ломали её. Когда вы чувствуете комара, вы его прихлопываете. Когда вас оскорбляет комментатор на YouTube, вы называете его мудаком. Каждый раз в таком случае задействуется примитивная, ящероидная часть вашего мозга. В этом нет ничего мужественного — даже собака может это сделать. Чертовы растения сделают это.

Это мыслящая часть — человеческая часть — говорит о необходимости остановить первоначальный импульс противостояния и задуматься о том, какое действие сделает мир лучше. Это подобно сопротивлению желанию расцарапать зудящее место, а ведь на самом деле нужно остановиться, чтобы сказать: «Может быть, вместо того, чтобы расцарапать сыпь, пока она не кровоточит, я должен пойти к врачу за какой-то чертовой мазью». И это сложнее, чем что-либо из того, что было в списке до сих пор, потому что расцарапать зуд ненависти кажется так долбанно хорошо. Это так хорошо, что мы напишем целые книги, рационализируя это действие, чтобы это прозвучало как взвешенная и расчетливая позиция. Но вы никогда не потеряете из виду этого основного факта:

«Убей их всех!» — это легкая и ленивая реакция. Это животный рефлекс, старые племенные инстинкты , выходящие на поверхность из этой первичной, пещерной части вашего мозга. Еще хуже, что мы суеверные иррациональные существа и этот рефлекс быстро метастазирует в старейшее, самое разрушительное суеверие:

«Этот человек обидел меня, так что взамен я должен наказать этого человека и всех, кто напоминает этого человека».

За тысячу веков эта часть мышления не изменилась — она по-прежнему чувствует себя хорошо, чтобы думать обо всем с точки зрения культуры войны. Если преступник черный, он не просто человек, укравший телевизор, чтобы достать деньги на марихуану — он часть проблемы «Черной преступности». Надоедливая подросток рядом со мной в очереди в Chipotle не раздражает людей; она часть «нынешнего поколения под названием дети». Любой обидевший вас становится солдатом армии, с которой вам необходимо отправиться воевать.

Сопротивление этой идее требует тяжелых умственных усилий — эквивалент ожидания крема для кожи, в то время как зуд тревожит ваш пах подобно муравьиному рою. Это означает предоставлять сочувствие и человечность некоторым абсолютным придуркам, которые не будут делать то же самое для вас. Помните, выход на дорогу высоких идеалов не приносит удовлетворения. Месть удовлетворяет. Злорадство — это удовлетворение. А хождение по дороге высоких идеалов подобно неподвижному сидению в то время, когда муха постоянно жужжит вокруг уха.

Именно здесь почти каждая мораль сказки, которую вы слышали — от религиозных притч до ситикомов в прайм-тайм — ошибается. Эти истории всегда сводятся к тому, что «делание правильных поступков в конце концов ведет к тому, что вы чувствуете себя прекрасно!». Бездомный благодарен за пожертвования, жестокий бандит тает в ответ на доброту. Здесь, в реальном мире, это не так. Здесь плохие парни рассматривают ваше сочувствие как признак слабости и пользуются им, чтобы дразнить вас. Бездомный парень может взять ваше пожертвованное одеяло и вытереть им свою задницу. Друг, которому вы одолжили деньги, может использовать их для того, чтобы нарисовать голый мурал на своем фургоне. Но вам все равно придется идти по дороге высоких идеалов.

Зачем? Потому что, в действительности, есть только «культурная война» между людьми, которые выбрали такую дорогу и людьми, которые этого не делают.

Если это поможет, вы …

3. Помните, что зло редкое, но слабость распространенная

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Трудно найти хоть одного человека в 20 лет, который согласится с утверждением, что «зло бывает крайне редко», но это, кажется, легко доказать. Сколько вдохновителей зла вы знаете в своей жизни по сравнению с людьми, которые были просто поддаты в некотором роде? Мне в моей жизни известны три или четыре дьявольских вдохновителя и один кот.

Если вы хотите более реалистичный пример, давайте посмотрим, скажем, на все убийства, совершенные в конкретном году. Статистика говорит, что более половины жертв были убиты кем-то, кого они знали или даже членами своей семьи (например, муж убивает свою жену в приступе ревности). Около 42% всех жертв были убиты в запале во время ссоры, еще 23% были убиты в ходе какого-либо другого преступления (вооруженный грабеж и т.д.) и еще 8% были убиты в перестрелках банд.

Другими словами, как только вы отделите:

— каждого, кто убил в пьяном и подобном виде;
— всех с тяжелыми психическими заболеваниями (может быть, 10%);
— каждого, кто убил в припадке гнева;
— каждого, кто убил при попытке совершить некоторое другое преступление (скажем, кражу со взломом для похищения денег от продажи наркотиков, которая пошла наперекосяк);
— каждого, кто считал, что он защищал себя или своих друзей («Мы должны убить этих парней прежде, чем они придут за нами»);

.. и продолжите это, у вас останутся только холодные и расчетливые преступники, подобные увиденным в кино и останется совсем немного убийств. О, у вас будут криминальные авторитеты, заказывающие хладнокровные убийства, и люди, совершающие длительные, сложные, умышленные убийства из-за чего-то, не превышающего зарплату. Но я думаю, что на каждого одного хладнокровного и расчетливого вдохновителя зла у вас найдется десяток или сотня простых knuckleheads (идиотов).

Этот полицейский термин (и я знаю полицейские термины, потому что перед работой в Cracked я более 15 лет наблюдал полицейские расследования) обозначает кого-то, кто не является плохим парнем, а просто есть человеком с плохим импульсивным поведением — или психически неуравновешенным, или наркоманом, или он просто не может свести свою жизнь вместе. Это потерянные безвольные люди, которые попали в неправильную среду. Черт, мы даже интервьюировали экс-неонациста, который признался, что нацисты были просто бандой, которая подошла к нему первой. Позже он оказался в черной банде только потому, что они лучше обращались с ним во время игры в баскетбол.

Проблема в том, что, опять же, гораздо более предпочтительно представить себе, что каждый обидевший вас сделал это в качестве акта преднамеренного злого или социопатического эгоизма. Смотрите, потому что если они просто грустные неудачники, которые проводят большую часть своего времени за виктимизацией самого себя, ну, тогда, чтобы утяжелить им этот процесс, нужно фантазировать об их убийстве. Если их плохие импульсы, пристрастия и иррациональные страхи/ненависть наносят им боль даже больше того вреда, который они наносят другим людям, то это означает, что это импульсивный враг. И что забавного в этом? Плохие импульсы не могут быть убиты любой формой пистолета, ракеты или кунг-фу, известных человеку.

Эй, хотите привести в бешенство своих друзей в Facebook? Покажите им, как хороши тюрьмы в Норвегии. Хотите разозлить христиан? Не говорите им, что Бога нет; скажите им, что нет ада.

2. Остерегайтесь Гитлера

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Я уже слышу это, из-за моего окна: «А как насчет Гитлера?»

Существует особая форма плохого аргумента, который каждый использует в любое время как один из видов непроизводительной или разрушительной привычки: мы просто помним один прекрасный пример, когда эта разрушительная вещь сработала, а потом забиваем этот пример снова и снова, как клюшкой. Это наша волшебная палочка «Выключение критики».

Например, ваш расистский дядя, после малейшей провокации, говорит о времени, когда он подозрительно относился к новой черной семье, переехавшей в окрестности, и оказалось, что он был прав! Их сын-бандит ворвался в его машину всего месяц спустя! Этот идеальный пример будет применен в ответ на любую критику его расизма. По его словам, чернокожие генетически предрасположены к насилию. Вы говорите — этому нет научных доказательств. Он вытаскивает в ответ анекдот. Он рассказывает расистский анекдот, вы говорите ему, что это неуместно, и он говорит: «Вы знаете подобные случаи? ВОРВАЛИСЬ В МОЮ МАШИНУ. Я когда-нибудь рассказывал вам о том, как я поймал бандита на дороге …».

И когда вы говорите о том, что насилие не может быть ответом в любой ситуации, у команды «Насилие» всегда будет один и тот же ответ:

«А как насчет Гитлера?»

Не только эти несколько слов — ими создан идеальный рассказ, в котором говорится: A) Гитлер был совершенным злом, которое поразило добро; B) Гитлер мог быть остановлен только войной; C) «Миротворцы», хотевшие избежать войны, были истинными злодеями Второй мировой войны; и D) Любая дискуссия о том, какие факторы первоначально позволили Гитлеру прийти к власти является неуместной и сбивающей с толку. Поэтому, если вы протестуете против применения насилия относительно любой группы, когда-либо, вы действуете прогитлеровски. («Если бы ты также рассуждал в 1941 году, мы все бы говорили сейчас по-нацистски!).

Это будет, даже если я признаю, что все вышесказанное не обязательно применимо к любой произошедшей ситуации, не говоря уже о всех ситуациях. Таким образом, более важным вопросом является то, почему существует автоматический рефлекс выкатить пример Гитлера в любое время, когда необходимость насилия подвергается сомнению? Почему при этом вы даже ощущаете прикосновение гнева? Почему вы чувствуете желание быть пренебрежительным или ехидным в процессе, считая задающего вопрос слабаком или наивным? Почему вы защищаете применение насилия, как будто оно что-то святое для вас?

«Подожди, так ты говоришь, что люди, изнемогающие под властью жестоких диктаторов и полевых командиров сегодня должны смириться с этим, потому что насилие является неправильным?» Неа! И опять, посмотрим, как вы сразу же придумали идеальный пример к отступлению. Если человечество продвинется до такой степени, что насилие будут использовать только благородные угнетенные группы населения против зла и тоталитарных режимов, у которых нет других имеющихся вариантов, мы будем в отличной форме.

У критиков, возможно, есть даже более иррациональная реакция, которая говорит о том, что человек, ставя под сомнение необходимость насилия, бесчестит «войска» — «Легко вам, сидящим на диване, говорить о «мире», когда те храбрые души рискуют жизнью за вашу задницу!». Но это не является достаточно логичным: если вы придете к раненому ветерану войны и скажете: «Приятель, я надеюсь, что мы создадим мир, в котором люди, подобные тебе, никогда не будут ранены и вместо этого смогут прожить долгую счастливую жизнь и вырастить внуков», — я не думаю, что он замахнется на вас.

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Так или иначе — «Поддержите наши войска» и «А как насчет Гитлера» на самом деле не являются приглашением к обсуждению какого-либо предмета. Это волшебные слова, предназначенные для прекращения дальнейшего обсуждения, потому что часть нашего мозга под управлением команды «Насилие» реагирует на критику таким же образом, как мусульманские экстремисты реагируют на мультфильмы, насмехающиеся над Мухаммедом.

Говоря о которых …

1. Помните: мы побеждаем

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира

Вот окончательная ложь, которую вы услышите и это то, против чего я выступаю снова и снова и снова. Это утверждение, что насилие всегда побеждает, потому что нет ему равных. Вот почему мы так страшимся уличной преступности — даже если вы станете миллиардером, какой-то «бандит» может ударить вас в переулке и никакие ваши деньги не имеют значения — это конечный козырь человечества. «Какая разница, что мы имеем благосостояние, инфраструктуру и процветающую культуру, если кучка экстремистов может взорвать нас?».

Дэвид Вонг: 6 способов удержать террористов от разрушения мира
Тот факт, что террорист может убить вашу семью, не делает бессмысленным желание иметь её.

Эта идея, что в конечном счете насилие является единственной вещью, которая работает, есть, вероятно, наиболее широко распространенным мнением, но легко опровергаемой ложью на протяжении всей человеческой истории. Правда — подкрепленная хладнокровными жесткими фактами — говорит о том, что насилие поразительно уменьшалось на протяжении тысяч лет. Вернитесь в средневековье и вы обнаружите процент убийств в 30 раз выше, чем сегодня.

Другими словами, команда «Насилие» теряет. Единственный способ, которым они могут выиграть — если они смогут убедить нас, что их путь является единственным способом.

Подумайте об этом так: Если мы вернемся к атаке на предполагаемых анти-мусульманских карикатуристов «Charlie Hebdo», мы сможем увидеть, насколько это бесполезно и обречено на провал. В конце концов, если ваш Бог реален, он/она/оно не против издевательств над собой. По определению, у всемогущественного существа нет подобной неуверенности в себе. Так что рефлекторные призывы уничтожить критиков происходят исключительно от террористов, от своих собственных человеческих страхов и гнева — доказывая, другими словами, что эти жестокие люди на самом деле не верят в то, что их бог всемогущ.

Но ключ в том, чтобы применить тот же самый урок для себя: если их Бог реален и всемогущ, то простое издевательство не может причинить ему вреда. Также как если наше общество является и правильным, и сильным, и лучшим для человечества, то простой терроризм не может нанести вред ему.

В любом случае, эскалация насилия является актом слабости и страха. Это кризис веры — вы думаете, что ваш способ ведения дел является слишком хрупким — карточный домик упадет при малейшем дрожании. Что мирная цивилизация просто не работает.

Имейте веру в цивилизацию. История говорит, что они не могут победить нас — только мы можем победить себя. Насилие не на подъеме; просто в новостях его показывают чаще, потому что слишком много денег можно сделать активацией вашей команды «Насилия».

Не поддавайтесь на это.